Основные направления деятельностиОбщая справочная информацияКвалификационная комиссияОфициальные материалыПубликацииВ помощь адвокатуВоронежская областная коллегия адвокатовСсылки на сетевые ресурсы
Журнал "Воронежский адвокат"
В прессе об адвокатах
Творчество адвокатов

Журнал "Воронежский адвокат"
В прессе об адвокатах
Журнал "Воронежский адвокат"
В прессе об адвокатах
Творчество адвокатов
Журнал "Воронежский адвокат"
В прессе об адвокатах
Творчество адвокатов
Координаты адвокатских палат РоссииОраторское искусствоЮморNota Bene
Адвокатская палата Воронежской области - Журнал "Воронежский адвокат"

№ 5, 2010г.


ДЕЛО О КОПИЯХ И ПОЛНОМОЧИЯХ

В октябре-ноябре 2009 года мировым судьей судебного участка номер 3 Советского района города Воронежа рассматривался административный материал в отношении Куприна Евгения Васильевича о привлечении его к ответственности по ст.12.8 ч.1. Дело рассматривалось 12 октября, 27 октября, и только 2 ноября 2009 года судом были оглашены все материалы, в защиту своего подзащитного выступил адвокат Федоров.

Сразу после выступления адвоката судья вместо принятия решения, по своей инициативе, возобновила судебное разбирательство, вызвала в суд врача, который был записан - как проводивший медицинское освидетельствование.

Но, несмотря на это, в судебном заседании 6 ноября 2009 года судом вынесено решение о прекращении дела за истечением срока давности привлечения к административной ответственности.

Суд пришел к выводу, что обвинительное постановление не может быть вынесено, и, «спасая честь мундира» лиц, с нарушениями составлявших протокол медосвидетельствования, протокол об административном правонарушении, организаций, обязанных иметь лицензии на оказание соответствующих медицинских услуг, а фактически их не имеющие, суд прекратил дело.

К примеру, судом был получен документ о том, что врач, проводивший медосвидетельствование, проходил подготовку по вопросам проведения освидетельствования на состояние опьянения в феврале-марте 2005 года, а срок действия такого документа (три года) истек в марте 2008 года, следовательно, врач не имел права проводить медосвидетельствование в 2009 году.

Для обоснования тактики и обоснований защиты предлагаем выступление адвоката Федорова.

Мировому судье судебного

участка номер 3

Советского района г. Воронежа

О.Н. Макаровец

От адвоката Федорова Михаила Ивановича.

В защиту Куприна Евгения Васильевича

Ваша честь!

Мой подзащитный Куприн Евгений Васильевич привлекается к административной ответственности по ст. 12.8 ч.1 КоАП РФ, а именно за управление транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения.

Он вину не признал, пояснил, что 5 сентября 2009 года управлял транспортным средством, будучи трезвым, что после ДТП, ударившись о стекло, он поранил лоб, правую щеку. При этом он чувствовал себя плохо, это могло отразиться на его поведении.

Спиртное в день ДТП не употреблял. ДТП произошло 5 сентября 2009 года около 24 часов ночи, сотрудники ГИБДД приехали на ДТП где-то в 2 часа ночи. Он спокойно передвигался. Через час с лишним Куприна отправили по «скорой» в БСМП, где рану обработали и отпустили. После ДТП перед приездом сотрудников он выпил грамм 200 кваса «Очаково».

Думаю, что у вас нет достаточных оснований считать, что Куприн управлял автотранспортом в нетрезвом состоянии.

Какие же доказательства представлены для установления виновности Куприна?

Это протокол об административном правонарушении, копия акта медицинского освидетельствования на состояние опьянения лица, управлявшего транспортным средством (причем сначала в суд поступила одна копия -- далее «копия-1», а в ходе рассмотрения материала была представлена «копия-2»), копия акта медицинского осмотра.

Давайте теперь оценим, что это за доказательства, и какие доказательства опровергают предъявленное обвинение в совершении административного правонарушения?

1. Постановление Правительства РФ от 26 декабря 2002 года № 930 «Об утверждении Правил медицинского освидетельствования на состояние опьянения лица, которое управляет транспортным средством, и оформления его результатов» (С изменениями от 1 февраля 2005 года) гласит:

«П. 2. Медицинскому освидетельствованию подлежат водители транспортных средств, в отношении которых, согласно критериям, установленным Министерством здравоохранения и социального развития Российской Федерации, имеются достаточные основания полагать, что они находятся в состоянии опьянения.

П. 3. Медицинское освидетельствование проводится на основании протокола о направлении на медицинское освидетельствование, подписанного должностным лицом, которому предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью движения и эксплуатации транспортного средства водителем, в отношении которого применяется мера обеспечения производства по делу об административном правонарушении».

Приехавшие на ДТП сотрудники ГИБДД не составили протокол об отстранении от управления транспортным средством Куприна, не составили протокол о направлении его на медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

То есть, не было наличия критериев алкогольного опьянения у Куприна, не было оснований полагать, что Куприн находился в нетрезвом состоянии.

Объяснения, данные инспектором исполнения административного законодательства Токаревым, составлявшим протокол об административном правонарушении, нельзя считать компетентными. Так, он заявил в суде, что всех участников ДТП обязаны направлять на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, хотя приказ Минздрава РФ от 14 июля 2003 года № 308 «О медицинском освидетельствовании на состояние опьянения» (с изменениями от 7 сентября 2004 года, 10 января 2006 года) говорит о направлении только в случае, когда проявляются критерии опьянения. Об этом же говорит Постановление Воронежского областного суда по делу 4а-95 (копию прилагаю).

Таким же некомпетентным является и заявление Токарева, что если в отношении Куприна были замечены критерии, свидетельствующие о состоянии опьянения, его не надо было отстранять от управления и направлять на медосвидетельствование, раз его после приезда сотрудников ГИБДД увезла «скорая».

Считаю, что если бы в отношении Куприна были замечены критерии опьянения, на него были бы обязаны составить протокол об отстранении транспортным средством, иначе он мог сесть и поехать на автомобиле, тем более, что он оставался на ногах, еще час с лишним после приезда сотрудников ГИБДД передвигался, у него только кровоточила рана на лбу, которую в БСМП обработали, и сразу же Куприна отпустили.

То есть, не было критериев опьянения в поведении Куприна, чтобы полагать, что он управлял в нетрезвом состоянии.

2. Находящаяся в деле копия акта медосвидетельствования (далее «копия-1» (л.д. 5) -- со значительными исправлениями, она не читается, исправлено ручкой «Иван» на «Евгений», п.2 не заполнен: кем направлен на освидетельствование, номер протокола о направлении на медосвидетельствование отсутствует; в п. 15.1.2 написано ручкой 0,72 %, хотя написано: исправленному на 0,72 % верить (не ясно, что на что исправлено); не читается п.9, п. 16, оборотная сторона акта на 1/6 часть; то есть «копия» не является копией, а следовательно надлежащим документом о медосвидетельствовании.

«Копия-1» акта (л.д. 5) не является копией акта медосвидетельствования, предусмотренного Приказом Минздрава № 308, так как в нем п.12 должна быть запись: «Имеются ли признаки нервно-психических заболеваний, органического поражения центральной нервной системы, физического истощения, перенесенных травм (со слов освидетельствуемого)», а в «копии-1»: «Имеются ли признаки нервно-психических за нервной системы, физического истощения, перен» (орфография сохранена).

То есть часть фразы отсутствует. Таким образом, «копия» не может быть копией акта медосвидетельствования.

Представленная в суд другая копия акта медосвидетельствования (далее «копия-2») также не может быть копией акта, так как в ней также оборотная сторона п. 11, 12, 13 отличается целыми фразами от п. 11.12, 13 предусмотренного приказом акта.

А копия должна полностью отражать текст предусмотренного законом акта.

Кроме того, «копия-1» акта и «копия-2» акта отличаются: в «копии-1» в дате не указан день освидетельствования, в «копии-2» указан день -- «6» число. В «копии-1» на лицевой стороне два оттиска печати, в «копии-2» один оттиск печати и более 20 различий.

Также в «копии-1» и «копии-2» отсутствуют предусмотренные п. 21 приложения 3 приказа Минздрава РФ от 14 июля 2003 года № 308 подписи руководителя (заместителя) руководителя медицинской организации.

ТАКИМ ОБРАЗОМ, ПРЕДСТАВЛЕНЫ ДВЕ РАЗЛИЧНЫЕ КОПИИ ДОКУМЕНТА, А ЗНАЧИТ, БЫЛО СОСТАВЛЕНО ДВА ДОКУМЕНТА, ТО ЕСТЬ, СОСТАВЛЕНО ДВА СУЩЕСТВЕННО РАЗЛИЧАЮЩИХСЯ АКТА, ЧЕГО БЫТЬ НЕ ДОЛЖНО.

ТАКИМ ОБРАЗОМ, СУДУ НЕ ПРЕДСТАВЛЕН ДОСТОВЕРНЫЙ ДОКУМЕНТ -- АКТ МЕДИЦИНСКОГО ОСВИДЕТЕЛЬСТВОВАНИЯ НА СОСТОЯНИЕ ОПЬЯНЕНИЯ КУПРИНА ЕВГЕНИЯ ВАСИЛЬЕВИЧА, УПРАВЛЯЮЩЕГО ТРАНСПОРТНЫМ СРЕДСТВОМ.

3. Что еще касается акта медосвидетельствования на состояние опьянения.

Согласно Постановления Правительства РФ от 26 декабря 2002 года № 930 «Об утверждении Правил медицинского освидетельствования на состояние опьянения лица, которое управляет транспортным средством, и оформления его результатов» п. 12 первый экземпляр акта медицинского освидетельствования выдается на руки представителя органа, которому предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью движения и эксплуатации транспортного средства либо направляется в адрес этого органа по почте.

Суд запросил в Отделе ГИБДД по Советскому району подлинник акта о медосвидетельствовании, но там в нарушение постановления правительства его нет.

То есть, подлинник акта отсутствует у правомочного лица, следовательно, это доказательство отсутствует.

Да и представлен подлинник быть не может, так как ввиду двух различных копий должны быть и два различных документа, с которых они сняты, что опровергает наличие достоверного подлинника.

4. Такие же замечания к «копии» акта амбулаторного осмотра, где есть исправления, он полностью не читается, то есть не является копией акта амбулаторного осмотра (л.д. 4).

Исправления врач не имеет права заверять, так как он не должностное лицо, кроме того, заверять свою подпись печатью для больничных листов. Это не больничный лист.

То есть имеющаяся в деле «копия» акта амбулаторного осмотра с исправлением не может быть признана надлежащим документом, она ничтожна, не представлен и сам подлинник акта.

5. Запрошенный подлинник акта амбулаторного осмотра, чья копия в деле (л.д. 4) также с исправлениями не обладавшего такими полномочиями должностного лица. Не может заверяться подписью об исправлениях печатью для больничных листов.

Следовательно, исправления ничтожны, и акт не относится к Куприну Евгению Васильевичу, а относится к Куприну Ивану Васильевичу.

То есть, это ненадлежащий документ, и не свидетельствует о состоянии Куприна Евгения Васильевича.

6. Приказом Минздрава РФ от 14 июля 2003 года № 308 «О медицинском освидетельствовании на состояние опьянения» (с изменениями от 7 сентября 2004 года, 10 января 2006 г.) утверждена учетная форма «Журнал регистрации медицинских освидетельствований на состояние опьянения лиц, которые управляют транспортным средством» (далее журнал), где должны быть указаны: 1. № протокола о направлении на медосвидетельствование, дата и время его заполнения. 2. Кем направлен. 3. Ф.И.О., № служебного удостоверения сопровождающего лица.

Журнал, подтверждающий наличие такой записи, касающейся Куприна Евгения Васильевича, несмотря на запрос суда, не представлен.

Таким образом, сведения, что в таком журнале имеются № протокола, дата и время его заполнения, кем составлен, ф.и.о. должностного лица, № удостоверения сопровождавшего лица, в деле не имеются.

То есть, надлежащего документа, предусмотренного для лиц, управляющих транспортом в нетрезвом состоянии, не имеется.

Представленные в суд несколько копий страниц журнала регистрации медицинского освидетельствования на состояние опьянения не есть доказательство того, что КУПРИН ЕВГЕНИЙ ВАСИЛЬЕВИЧ был доставлен в БСМП, как лицо, управлявшее транспортным средством, кроме того, представлены копии страниц, а не подлинник, затребованный судом.

7. Согласно п. 3 приложения 4 приказа Минздрава 308 -- факт освидетельствования подписывает врач и руководитель структурного подразделения организации здравоохранения, в данном случае не ясно, подписан ли акт руководителем структурного подразделения (в «копии-2» подписей вообще нет, а значит, ее нет и в подлиннике).

8. Согласно приложения 1 Приказа Минздрава РФ от 14 июля 2003 года № 308 «О медицинском освидетельствовании на состояние опьянения» (с изменениями от 7 сентября 2004 года, 10 января 2006) в акте медицинского освидетельствования п. 15.1.1. должно быть указано наименование технического средства, заводской номер технического средства, дата его последней проверки.

В графе 15.1.1 «копии-1» значится АЛК-Т, далее неразборчивая цифра.

Не указан заводской номер, не указана дата проверки алкотестера.

Отсутствие таких сведений свидетельствует о том, что нельзя сделать вывод, какое именно техническое средство применялось, и пригодно ли оно для эксплуатации.

В деле имеется письменный ответ лечебного учреждения, что применялся алкотестер «DRAGER» 6510 заводской номер 0250, но это должно быть отражено в акте, чего не было сделано, что ставит под сомнение, какой именно алкотестер применялся при составлении этого акта.

В «копии-1» акта не указана и дата последней проверки алкотестера органом метрологии.

9. Пункт 4 Постановления Правительства РФ от 26 декабря 2002 года № 930 «Об утверждении Правил медицинского освидетельствования на состояние опьянения лица, которое управляет транспортным средством, и оформления его результатов» (С изменениями от 1 февраля 2005 года) гласит:

«Медицинское освидетельствование проводится в организациях здравоохранения, имеющих лицензию на осуществление медицинской деятельности с указанием соответствующих услуг».

Суд запросил лицензию.

Лицензия не представлена, то есть документа, подтверждающего правомочия этого лечебного учреждения проводить медицинское освидетельствование на состояние опьянения не только лиц, управляющих транспортными средствами, но и вообще на состояние опьянения, нет.

Это свидетельствует о незаконных действиях по освидетельствованию на состояние опьянения.

10. Согласно пр. Минздрава РФ от 14 июля 2003 года № 308 «О медицинском освидетельствовании на состояние опьянения» (с изменениями от 7 сентября 2004 года, 10 января 2006 г.) утверждена программа подготовки врачей (фельдшеров) по опросам проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения лиц, которые управляют транспортными средствами, которая проводится городскими, краевыми (областными), республиканскими наркологическими диспансерами (больницами).

Данный документ о прохождении действителен в течение 3-х лет.

Мы получили документ, что Новосельцев проходил подготовку в 2005 году, следовательно, в 2009 году он уже не имел права заниматься медицинским освидетельствованием на состояние опьянения.

11. Имеющийся в деле прокол об административном правонарушении (л.д. 3), составленный Токаревым, ничтожен, так как он отличается от копии протокола, которая вам предъявлена для приобщения к делу. В копии выданного Куприну протокола в графе «к протоколу прилагается» записано «АКТ... копии материалов по ДТП, рапорт». После слова «рапорт» записи отсутствуют.

Копия -- это точное воспроизведение оригинала, подлинника (см. Толковый словарь русского языка под ред. Д.Н. Ушакова).

Следовательно, они отсутствовать должны и в протоколе.

А в имеющемся в деле так называемом протоколе после слова «рапорт» в указанной графе имеется запись «В/у 36 ВА 067197».

То есть протокол, который составлялся, в деле отсутствует.

Находящийся в деле протокол ничтожен.

Таким образом, в деле нет достоверных данных, полученных в соответствии с законом, которые бы свидетельствовали о том, что Куприн Евгений Васильевич управлял автомобилем в состоянии опьянения.

Прошу это выступление вместе с копией постановления областного суда приобщить к материалам дела для полноты протокола судебного заседания.


В содержание